Борец за чистоту контекста (nepoma) wrote,
Борец за чистоту контекста
nepoma

Category:

Записи, сделанные красной кистью

И Цуань, служившая нюйши (девой-писцом) при царском дворе, провела пятую из двадцати семи жен третьего ранга (шифу) в царскую опочивальню, помогла девушке преодолеть смущение, подтолкнув ее в сторону ложа. Сама же заняла место на циновке на почтительном расстоянии, однако в той стороне опочивальни, откуда из-за шелковой ширмы была видна вся церемония царского соития.
Перед опочивальней нюйши надела на палец правой руки шифу серебряное колечко. Через несколько часов, но обязательно до восхода солнца, когда шифу встанет с царского ложа, И Цуань красной кистью оставит запись о времени начала любовных ласк, о времени их окончания и о способе соития. Вместе с пятой из двадцати семи она покинет опочивальню и за ее пределами снимет кольцо с правой руки шифу и наденет его на палец левой. Чтобы все видели: эта жена всходила на царское ложе.
С этой ночи должно начаться очередное восхождение в цепи соитий царственной особы к наиблагоприятнейшей фазе мужской силы, чтобы в полнолуние на брачное ложе взошла главная жена (хоу) для зачатия царственного отпрыска, сильного как гора, непреклонного как река, бесконечного как небо.
Мужская сила императора, равно как и его бессмертие — не только в частоте совокуплений, но и в тщательно выверенном чередовании на брачном ложе жен и наложниц. Справедливо считалось: во время соития мужчина питает свою жизненную силу за счет силы женской. А И Цуань это знала лучше всех. И красная кисть, называемая тунгуань, была свидетелем этого.
В прошлое новолуние пьяный окрик императора заставил И Цуань шнуровать сандалии пятой из двацати семи. Ну что за неловкая жена! И разве нельзя было надеть сандалии без шнуровки?! И пусть император — это ипостась божественной сущности, но даже он не может изменить установленный порядок. А согласно ему нюйши следит за исполнением священного ритуала. Ведь от точности исполнения его зависит благополучие и будущее не только царской семьи, но и всего государства. И ни при каких обстоятельствах нюйши не должна шнуровать сандалии наложнице или жене императора. Но пьяный окрик, звук клинка, разрубающий шелковый балдахин... И красная кисть выводит не тот иероглиф. Случайно ли, сознательно ли...
Никто не знал возраста И Цуань. Вряд ли кто во дворце мог вспомнить те времена, когда И Цуань не было при императорском дворе. Если спросить самого старого евнуха, то он ответит, что когда он был мальчишкой, то видел И Цуань такой же, какой видит ее сейчас, будучи стариком. И более того, когда он был мальчишкой ему то же самое говорил и другой старик-евнух.
Конструкция, может, не слишком очевидная, чтобы показать бессмертие владетельницы красной кисти. Но императоры рождали новых императоров, дворец обрастал новыми пристройками, наложницы дряхлели и превращались сначала в живые мумии, потом в мертвые, а И Цуань как и прежде делала записи красной кистью, следя за исполнением ритуала. Который один раз дал осечку.
И вот сейчас И Цуань слышала невнятное бормотание императора, робкие вздохи пятой из двадцати семи, оказавшейся на царском ложе вне установленного порядка соитий. А это значит, что царская династия прервется, потому что наследник родится хилым и слабоумным, неспособным ни к продолжению рода, ни к сохранению государства — сплошное расстройство для нынешнего императора, который, безусловно, прикажет за оплошность отсечь И Цуань кисти и ступни, ее отрубленную голову вздеть на шест, а тело бросить в отхожее место.
А все из каких-то шнурков на сандалиях пятой их двацати семи жен третьего ранга. Будь она неладна.
Tags: материал для ваяния, монголы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments