February 27th, 2013

Magritte_long

(no subject)

Сегодня, в поликлинике для творческих работников. Подходит пожилой дядечка. Тяжело дышит, движется только от точки А до точки В. В сопровождении двух отпрысков, скорее всего внуков. Садятся, ждут, громко разговаривают, обсуждают сделанные дела. Потом вдруг:
— А ты слышал, что Алексей Герман умер? — один из молодых.
— А это кто? — старый.


Ну вот шумиха, триразакушная, закликушная. Одна мадам из закса (депутатка) ляпнула, наверно шашка застряла в кулаке, и нужно ею махать, чтобы то ли всем досталось, то ли чтобы себе дорогу проложить, а скорее всего сдуру ляпнула, застигнутая неожиданным горем (остальные тоже застигнуты, но позы, видимо, оказались менее кавалеристские).
— А давайте "Ленфильм" будет имени Германа!
И все давай приседать и выглядывать по сторонам малиновые штаны: ку! ку! ку!
Потому что если не ку!, то вдруг ты окажешься заклятым врагом, поэтому — не просто ку!, а — КУ!
Да, еще личный мемориальный кабинет на "Ленфильме". А еще пожизненным худруком оставить его. Пожизненным — видимо, жизни "Ленфильму" отпущено не слишком много.
Меня спрашивают по телефону: правда? А я плечами пожимаю. Бред какой-то. Какой-то бред. Не единственный он режиссер и не самый достойный, если оглянуться в девяностопятилетную даль. И мне в телефонную трубку: если будет такое, не будет для меня Ленфильма.
Герман, получатся, остается последним жупелом Ленфильма, чтобы так его распинать на мемориальных площадях. На хоругвь его, на хоругвь. Ну что за...
Режиссер — да! Великий режиссер. Хотя методы работы спорные. Но человек — ???
Маленький Герман (ключевое слово здесь "маленький", а не "Герман") дал интервью (можно ознакомиться на сайте): он стольким людям сделал добро, он сеял это добро, а они от него отвернулись, кинули, бросили. Он спас, он возродил студию (бля!). И не нужно приходить на похороны.
Не нужно. Многие и не пришли. И после такого заявления этого маленького, да и памятуя, какое говно большой устроил Ленфильму нынешнему, когда подставил ножку Сокурову и прочим, проталкивая своего отпрыска вперед, в кресло. Допустим, подставить ножку, ткнуть в спину ножик — это нормально, это суперпозиция десяти заповедей. Но теперь еще — все козлы, кто остался недоволен.
Вот будет умора и стыдоба, если все-таки оно так и случится. А "маленький" будет входить на киностудию имени себя. Или действительно жизни Ленфильму осталось с гулькинхуй?