Борец за чистоту контекста (nepoma) wrote,
Борец за чистоту контекста
nepoma

не писал я про Стругацких

Иду по коридору. Из германовской монтажной выходит Таня, звуковик, ее недавно наняли поработать с шумами у Германа. Глаза не то чтобы круглые, но внутренне удивленные. Парой фраз перебросились. Мы с ней работали на одном из прошлых проектов.
— Представляешь, нужно ржание лошади, у которой больная селезенка. Или вот еще: вой быка, но мудрый. Мудрый вой быка.
Захотелось самому повыть и поржать, чтобы помочь. Или помочь, чтобы повыть и поржать. Но поскольку селезенка у меня вроде как, а до мудрости мне еще есть и есть, то тихо посочувствовал.

Нет, он художник. Имеет право хотеть и требовать исполнения своего хотения. И вряд ли стоит (или уже стоило) ожидать, что его "История Арканарской резни" будет иметь хоть какой-то приемлемый референс к "Трудно быть богом". (Ведь им ему на самом деле трудно быть, хотя обязывает им быть только он сам себя, хоть и яро отрицает это.) Не потому что Герман, а потому что он — Герман. Сложно себе представить, что он сохранит хоть что-то от того, что было в тексте. Для него это всего лишь зацепка, чтобы начать придумывать кинематографическую реальность. Собственно он сам честно говорит, что ему уже давно не интересно делать сюжетное кино, а куда интереснее создавать эту реальность. Сложно ожидать от человека, который открыто заявляет, что людей он не любит, кроме разве что членов семьи да еще двух-трех близких ему человек, что остальные люди — это как неизбежность существования в этом мире, плата за это существование, сложно от такого человека ожидать трепетного отношения к столь многими любимому творчеству советских фантастов. А раз так, то бессмысленны все эти рассуждения, что кино такое смотреть нельзя, что оно не то и не так. Это кино Германа, это продукт его жизнедеятельности. А таковые продукты жизнедеятельности есть у всякого живого существа на этой планете, так уж повелось.
Вот тут идет высоколобое обсуждение предварительного показа еще незаконченного фильма. И это обсуждение, алчущее эстетических ценностей, столь же бессмысленно, как и обвинение Германа в непочтительности к классикам советской фантастики. Но сходите по ссылке, там есть кадры из картины, и они завораживают, как средневековая живопись. А что там с кино, стоит ли его смотреть или не стоит — так просто нужно сказать себе: я иду смотреть Германа, а не фильм по книге Стругацких. Любите Германа — вперед. Не любите — сходите на другое кино. Ведь Герману плевать и на первых, и на вторых.
Зато на выставке "Ленфильм. По ту сторону экрана", что сейчас проходит в Петропавловке, половина одного зала костюмы и реквизит из этого кино. Фильма еще нет, и будет ли, а на выставке — он уже в истории.
В конце концов, братья Стругацкие могут остаться в истории не только как авторы хорошей фантастики, но еще и как авторы, которых адекватно перенести на киноэкран так и не удалось. Тоже вполне себе регалия.
Subscribe

  • (no subject)

    В самом начале 80-го года прошлого века случилось так называемое «йогуртовое дело». Чекисты вскрыли попытку сбыта контрабандного товара. Это были…

  • (бес темы)

    БОЛЬШОЕ ИСКУССТВО Паяльников открыл дверь в кабинет. — Можно? — спросил. — Как ваша фамилия? — Паяльников. — Ага, проходите. У вас на четыре. А…

  • (no subject)

    Комета Шезо прошуршала по небосводу, наследив сначала в Мидделбурге, потом в Гарлеме (не в ныне известном неграми, а посконном), а потом и в Лозанне.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments

  • (no subject)

    В самом начале 80-го года прошлого века случилось так называемое «йогуртовое дело». Чекисты вскрыли попытку сбыта контрабандного товара. Это были…

  • (бес темы)

    БОЛЬШОЕ ИСКУССТВО Паяльников открыл дверь в кабинет. — Можно? — спросил. — Как ваша фамилия? — Паяльников. — Ага, проходите. У вас на четыре. А…

  • (no subject)

    Комета Шезо прошуршала по небосводу, наследив сначала в Мидделбурге, потом в Гарлеме (не в ныне известном неграми, а посконном), а потом и в Лозанне.…